6
/16
Основы буддийской доктрины. Колесо бытия
Анализ второй истины благородных о причине страдания в наглядных образах «Колеса бытия».

Истина о причине дуккхи

Здравствуйте, уважаемые слушатели! Мы продолжаем с вами разговор о первой проповеди Будды. Она имеет, как уже упоминалось, весьма важное значение для буддийского мира, для дальнейшего понимания буддийской доктрины и философии. Сегодня мы с вами рассмотрим вторую, третью и четвертую истины благородных. Мы уже с вами рассматривали истину о страдании и составили себе представление о том, что такое в буддийском учении дуккха, а теперь перейдем ко второй истине, которую провозглашает Будда. Она имеет особое значение в буддизме. Можно сказать, что это одна из магистральных дорог, ведущих в буддийскую метафизику и философию. Проигнорировать эту истину совершенно нельзя. Это истина о причине дуккхи. Буквально в буддийском тексте это звучит так:

«Теперь, о монахи, благородная истина о возникновении страдания. Оно в жажде, в алчбе, которую производит новое существование. Связано оно с наслаждением и страстью. Алчба всегда находит себе удовлетворение то здесь, то там. Эта жажда наслаждения, жажда существования и жажда несуществования, самоизбывания».

В первую очередь обратим внимание на то, что буддизм указывает на причину. Вот эта категория, метафизическая и философская, имеет для буддизма огромное значение. Причинность. Причина того или иного положения вещей, причина фактов, причина существования, причина жизни. Это не очевидная вещь, о ней стоит говорить особо, и поэтому в буддийской доктрине понятию причины и причинности уделяется огромное значение, подобно тому как при лечении болезни абсолютно необходимо выяснить причину, вызвавшую то или иное заболевание, то или иное недомогание.

Точно так же в науке необходимо установить причину какого-то явления или факта. В этом смысле проповедь Будды, и это давно и неоднократно замечено буддологами, напоминает действия врача: вначале он констатирует факт нездоровья, а затем переходит к этиологии, т.е. к причине того или иного заболевания, в ходе чего (выяснения причины) пациент сдает различные анализы, по которым можно составить картину этой причинности. Причинность­ – это огромная область в буддийском философском дискурсе.

Это истине о причине соответствует еще одна проповедь Будды, которая хронологически четвертая, она позже была произнесена, но в самой проповеди, в «Сутре о взаимозависимом происхождении» – так она именуется – упоминается, что к этим выводам Будда пришел во время своего просветления, т.е. находясь под деревом бодхи, еще до того, как он вышел проповедовать. Получается, что этот закон выведен Буддой еще до всех его действий как религиозного учителя.

Бхавачакра – Колесо бытия

Итак, причина. Причина существования, причина страдания. Слишком фундаментальный подход. Нам потребуется погружение в этот материал, и поможет нам с вами иллюстрация этого закона, которая является одним из самых распространенных изображений в буддийском мире. Перед вами различные изводы изображения, которое называется Бхавачакра, «Колесо бытия». Вы видите перед собой большое количество различных вариантов. Это все традиции изображения. Но принципиально изображается одно и то же. Это очень сложная символическая система, и в первую очередь нужно рассказать, с какой позиции мы ее наблюдаем.

Она предлагает себя наблюдать изнутри. Мы как бы находимся внутри вот этого колеса. Вернее, не мы, а индивидуальное сознание, т.е. Я. Таким образом, у нас меняются левая и правая стороны при рассмотрении этого колеса. Т.е. то, что мы сейчас видим справа, изнутри нашего сознания понимается как левое. Буддийское изображение такого плана называется «танкха». В данном случае перед нами тибетское изображение. Оно строится по определенным иконографическим правилам. В частности, в верхней части изображения вы можете видеть белые и красные или белые и желтые кружочки – это изображения солнца и луны, причем солнце находится слева в той системе координат, о которой мы договорились, а луна справа. Луна белого цвета, солнце красного.

Петух, змея и кабан

Дальше начинаем движение от центра. Обратите внимание на круг, который расположен в самом центре этого изображения. Там помещены трое животных: петух, змея и кабан, свинья. Согласно буддийскому представлению об устройстве колеса жизни, ядром, или центром притяжения жизни, являются негативные проявления человеческой природы, человеческого сознания. Петух обозначает страстное желание. Змея – гнев, ненависть или любое агрессивное действие, направленное вовне, отталкивающее или каким-то образом наносящее вред, потому что вовне. И, наконец, кабан – символ неведения или игнорирования. Вот эти три проявления человеческой природы или вообще природы всех живых существ…

Здесь речь идет о буддийском универсализме, и нужно сделать вводное замечание. Буддизм не считает, что человек чем-то отличен от других видов живых существ. Все живые существа, которыми буддизм населяет мир, обладают одним и тем же сознанием. В этом смысле мы можем говорить о различиях человека и, например, животных только условно. В буддизме считается, что существует множество видов сознания, и человек – это его разновидность, не более. Это не так, чтобы человек каким-то образом превосходил другие живые существа в своем развитии, целеполагании или в чем-либо ином. Нет. Никакого отличия в этом плане буддизм не постулирует. И если вы встречаете утверждение, что буддизм – это о человеке, то это утверждение ошибочно. Буддизм – это не антропоцентрическая религия, он не ставит человека куда-то в особое, превосходящее положение по отношению к другим живым существами. Иерархически это абсолютно не так. Человек – это один из многих-многих видов сознания, это разновидность сознания. Вот это нужно очень хорошо понимать, потому что буддизм стартует с подобных позиций, он не делает человека царем природы или каким-то особым привилегированным субъектом.

Хотя есть, конечно, упоминания о том, что человеческое рождение ценно, но это позднее, это после того, как мы рассмотрим все, что касается, что относится к поведению благородной личности. Вот тогда человеческое рождение начинает осознаваться как нечто совершенно особенное, как особый дар. До этого никакой разницы между человеком, животным, богом, существом ада или голодным духом нет. Все одинаково страдают. Интенсивность страданий разная, виды страданий разные, но феноменально все принадлежат к одному и тому же миру, в котором различаются лишь, скажем так, функциональные особенности, морфология, но не само сознание – сознание одно и то же для всех. Это очень сложно понимаемая вещь, поскольку мы живем в мире, в котором человек как-то особенно выделен в категорию, которая считается венцом творения или венцом эволюции.

Итак, в центре круга расположены те качества, которые обуславливают все внешнее движение, существующее в индивидуальной жизни. Мы должны помнить, что речь идет об индивидуальном сознании. Т.е. сознание у человека помещено внутрь этого изображения, он должен попытаться понять его как себя. Вся жизнь контролируется. Все, что происходит внутри этого колеса, этого замкнутого цикла, замкнутого пространства – символически это отражается в устройстве круга, колеса, числа 0… Кстати, по одной из версий 0 – это изобретение буддийского мира, буддийской математики или философии. Так вот, все это замкнутое пространство контролирует демон, которого вы можете видеть на этом же изображении, – его голову, лапы, цепляющиеся за обод колеса, ноги с острыми когтями, также напоминающие о какой-то коварной природе этого существа, которое держит таким образом жизнь под контролем. Еще он держится за это колесо зубами.

Вернемся снова к изображению трех животных. Итак, это три устойчивых состояния, которые означают только одно: в них отсутствует сознание. Человек, который движим бесконтрольной страстью либо таким же бесконтрольным зарядом ненависти или гнева, не руководствуется сознанием.

С одной стороны, мы можем спросить: а что такое сознание? На этот вопрос дано большое количество ответов как в рамках буддизма, так и в рамках философии, философской традиции Запада. Этих ответов слишком много, но ни один из них до конца убедительным не является.

Буддийский ответ в ряду других звучит следующим образом: сознание есть то, что себя осознает, что способно к самосознанию. Т.е. если у меня есть сознание осязательного контакта с внешним миром, я, например, провожу пальцем по наждачной бумаге, я чувствую шероховатую поверхность и осознаю свое касание этой поверхности. Осознаю не тем же самым образом, которым осознаю зрительные объекты, не тем же самым образом, которым осознаю слуховые объекты, а вот особым осязательным сознанием. Вернее, так: оно присутствует у меня среди прочих видов сознания и оно себя осознает. Я не могу перепутать это касание и этот контакт с созерцанием, например, зеленого цвета, это разные виды сознания. В данном случае созерцание зеленого цвета – это зрительное сознание, которое сейчас дает себя вот в таком цветовом решении.

Но вот здесь, в данных проявлениях природы, в состоянии алчного желания, страстного желания чего бы то ни было, объектом желания может быть все что угодно: власть, деньги, известность, женщина, обладание каким-то предметом, автомобилем, недвижимостью – абсолютно без разницы, что является предметом страсти. Важно, что феноменально мы можем обнаружить в себе данное качество, которое имеет способность к экзальтации, к такому своему проявлению, в котором самосознание отсутствует. Т.е. в предельном своем выражении человек уже неспособен осознавать вот этот контакт с объектом своей страсти или гнева.

Путь деградации

Если мы руководствуемся подобного рода состояниями – страстью, гневом или неведением – то наш путь изображен справа. Если мы зрители этого изображения, то мы видим справа во втором круге, который исходит от центра, некое демоническое существо, которое как бы повергается фаза за фазой в состояние адского существования, в состояние тотальных страданий. Здесь описан путь деградации. Т.е. живое существо, обладающее сознанием, которое руководствуется вот этими тремя его проявлениями… А, собственно говоря, они довольно понятны, даже если их не иллюстрировать таким сложным образом, как здесь, с помощью животных.

Ну, понятно, что здесь речь идет об иллюстрации, о своеобразном представлении для людей, незнакомых с буддистскими философскими категориями. Но это объяснить можно достаточно просто. Страсть – это то, что присваивает. Мы страстно желаем предметы, которые находятся вне нас, мы желаем их заполучить, сделать частью себя. Это своеобразное движение, которое направлено из внешней среды внутрь субъекта, внутрь существа, желающего, алчущего каких-то благ.

Ненависть, враждебность, злоба – это, напротив, отталкивающий импульс, исходящий из недр некоего субъекта, который называется Я, то, что мы хотим от себя отторгнуть, как бы изжить из своего жизненного мира, прекратить наблюдения этого враждебного нам объекта. Поэтому против него направлена сила, энергия, которая пытается его уничтожить. Таким образом, это два вектора того, как мы взаимодействуем с внешним миром. Но это действительно интенсивные и агрессивные векторы взаимодействия.

И, наконец, неведение – это ситуация совершенной тупости, совершенного сна, в котором субъект не желает разбираться в собственной жизни, не принимает никаких подсказок от нее, не понимает разницы между добром и злом, правильным и неправильным, и т.д. Т.е. неспоспобность разобраться и в текущей ситуации, и стратегически в ситуации, в которой он находится – это неведение. Речь идет именно о такой расфокусированности мысли, расфокусированности сознания, в котором его тоже нет. И оно представлено в качестве одной из клеш.

Вот эти три животные – это изображения клеш, т.е. окончательных, предельных факторов притяжения мира. И поэтому деградация живого существа заключается в том, что оно активно использует эти клеши, формирует и формулирует ими свою жизнь.

Самосовершенствование и миры буддизма

С другой стороны (если мы находимся внутри изображения, то справа от нас), напротив – духовное самосовершенствование человека. И здесь принцип обратный. Почему на белом фоне? Он не использует эти проявления природы. Человек, который не руководствуется в своей жизни вот этими негативными качествами, попадает в лучшие условия, жизнь создает для него более благоприятные условия существования. Речь идет в буквальном смысле о следующих перерождениях, как в случае деградации, так и в случае с совершенствования и развития сознания.

В следующем ободе, который является внешним по отношению к вот этим двум путям (совершенствования и деградации), мы обнаруживаем достаточно большую область, которая поделена на множество секторов. Это миры буддизма. Можно сказать, что это космология буддизма в таком достаточно простом, примитивном изложении. Здесь изображаются различные виды миров живых существ. В классическом описании таких миров пять или шесть. Чаще всего сейчас встречается шесть. Это миры небожителей, богов, который разделен на два мира – есть еще асуры, некие полубоги, которые ведут борьбу с богами. Тем не менее данный вид рождения считается в буддизме благим. (Есть благие и неблагие формы рождения.)

Если взглянуть по отношению к зрителю Бхавачакры направо, то мы увидим самых различных животных – морские обитатели, птицы, различные земноводные и млекопитающих. Животные представляют собой тоже вид живых существ, точно так же наделенных сознанием, точно так же проходящих через определенный, обусловленный этим видом существования опыт и путь от рождения до смерти.

Если мы посмотрим вниз на сектора, расположенные внизу, мы заметим здесь множество различных состояний, в которых может пребывать живое существо после своей смерти, если оно деградировало и не развивало свое сознание. Это адские миры. Здесь на изображении представлены и мучения в холоде, и мучения в жаре, в огне, и различные другие виды мучений. Буддизм очень подробно описывает мучения нараков, грешников. Эти мучения разнообразны, но они тоже конечны. Поскольку все живые существа в сансаре, этот круг еще иногда именуется колесом сансары, т.е. колесом существования, вот такого, как мы его наблюдаем вне себя и участниками которого мы являемся. Так вот, видов страдания множество. В классической буддийской Абхидхарме насчитывается десять адов, которые имеют центр и периферию и очень подробно расписаны.

Если мы движемся дальше по часовой стрелке, то в следующем секторе мы находим изображения странных живых существ, имеющих разные формы, которые, по всей видимости, тоже принадлежат к классу страдающих существ. Это тоже одно из неблагих рождений – рождение в облике голодных духов, или претов. Это вид живых существ, которые развили в себе алчность до такой степени, что в следующем своем перерождении, перерождении в виде голодных духов, не могут удовлетворить до конца ни одно свое желание. Алчность ненасытна, поэтому они насыщаются, думая, что когда-нибудь достигнут пределов этого насыщения, но получить его не могут.

И, наконец, последний сектор, граничащий с миром богов, – это мир людей. Здесь они изображены за различными занятиями: скотоводством, земледелием, игрой и охотой, какими-то посиделками за столом. Это наш жизненный мир, к которому мы принадлежим.

Т.е. разворачивая это колесо от центра ближе к периферии, мы наблюдаем, что то или иное руководствование жизненными побуждениями или качествами ведет к тому или иному виду существования. Эти виды существования в сансаре перемешаны.

Считается, что исторического начала у существования нет, сансара безначальна, хотя и испытывает циклы. Принципиально, что живые существа постоянно перерождаются. Всему в природе отмерен определенный срок, а природа включает в себя не только то, что мы видим. Боги, преты (голодные духи) или существа ада – их срок тоже отмерен, они тоже переживают рождение и смерть. Но переживают все по-разному.

Точно так же и боги: боги самозарождаются, а когда приходит их срок, угасает их сияние. Вот так описывают буддийские тексты приближающуюся смерть бога. Буквально как звезды. В сочинении буддийского комментатора V в. Васубандху, составившего Абхидхармакошу – великий комментарий к буддийскому канону, буквально так и говорится: боги, испытывая близость своего угасания, утрачивают свое сияние. Это цитата из буддийского текста. И снова перерождаются.

Т.е. центром, корнем благих или дурных перерождений является либо развитие своего сознания, либо, напротив, развитие противоположных ему качеств – тупости, лени, неведения или агрессивных проявлений человеческой природы. Причем очень важно, что они не конкретизированы, здесь ничего не говорится о том, какие именно это проявления природы. Можно совершить благое дело с дурной мотивацией. Кармически дальнейшим следствием жизни этого живого существа будет то, что было в его мотивации, а не в его действиях. Это еще одна сложная буддийская тема, которую мы развернем в одной из последующих лекций.

Цикл развертывания сознания

И, наконец, мы приблизились к самому ободу колеса существования, который представляет собой философски и доктринально разработанную схему, очень последовательную, многократно прокомментированную в буддийской традиции. Что мы здесь видим? Мы видим перед собой изображения каких-то людей. Вот посмотрите на эти изображения, их здесь 12. В этой системе, которая описывает закон зависимого происхождения, они называются ниданами, т.е. определенными этапами становления того, что связано с сознанием. Речь идет здесь о развертывании сознании, определенном процессе, цикле развертывания сознания, который мы можем наблюдать, если обратимся к своему опыту и своей какой-то определенной конституции.

1. Слепой – неведение

В самом верху перед нами изображение человека, опирающегося на палочку. Это слепой, который нащупывает дорогу. Он ничего не видит перед собой. Это символ состояния, которое ничем не обусловлено, в отличие от других состояний, к которым мы перейдем дальше, оно не имеет причины. Это беспричинное состояние именуется авидья, или неведение.

Сознание происходит из какого-то неведомого в буквальном смысле – неведомого не в качестве эпитета к чему-то, а неведомого, незнаемого состояния. Оно о себе не ведает. Это некое состояние предсознания, в котором не артикулирована сама способность возвратного осознавания, такого, как в примере с осязательным контактом органа чувств и поверхности или способности видеть объекты зрения.

Это состояние порождающее. В согласии с буддийской доктриной взаимозависимого происхождения состояние авидьи, или неведения – фундаментальное неведение о причинах, о месте, времени, о том, почему, вследствие чего то или иное живое существо появляется на свет и определяет себя как относящееся к людям, животным, богам или к другим живым существам. Вот оно появляется на этот свет, оно не ведает ничего ни о причинах, ни о самом себе, ни о том, имеет ли в этом мире что-то смысл или все абсолютно бессмысленно и даже абсурдно. Все это за пределами расфокусированного в данном случае сознания.

2. Горшечник – заготовка, намерение

Это состояние переходит в свое следствие. На следующем изображении можно видеть человека, который обжигает горшки, горшечника. Данное состояние на буддийском языке называется самскара, буквально что-то вроде «заготовка, недоделка». Перед нами глина, которая уже обрела условную форму будущего горшка, и горшечник проводит рукой на гончарном круге, придавая этому бесформенному сосуду форму.

Сам процесс перехода из заготовки в готовую форму называется самскар. Это очень сложное и доктринальное, и философское понятие в буддизме. Его можно перевести иначе как «импульс». Причем не просто абстрактный импульс, а волевой импульс. Если представить себе  жизнь человека, разделить ее на какие-то составляющие – можно физиологически, но в данном случае у нас не такой подход, мы не рассматриваем сейчас физиологию, мы рассматриваем то, из чего состоит последовательность наших действий – мы обнаружим, что она состоит из последовательности актов. Вот единичный акт, если мы попытаемся добраться до самых оснований, до самого фундамента, то единичный акт – это акт воли.

Другое дело, что воля – это понятие, которое мы можем разделить на бессознательную и сознательную составляющие. Например, судорога либо непроизвольные движения (моргание глаз, какие-то движения руками, которые мы не контролируем) – это акты бессознательной воли. Но есть акты сознательные, например, мы куда-то идем – у нас есть маршрут и цель этого маршрута. В данном случае речь идет о совершаемом нами акте, который делится на множество маленьких актов – назовем их условно шагами. Каждый шаг – это определенный акт в серии актов. И каждый из этих актов связан с волей, с волевым сознательным или бессознательным.

В диапазоне между сознательным и бессознательным находится множество значений, но в любом случае это некое энергетическое движение, которое обретает свою форму, заряжено и интенционально направлено изнутри нашего существа к конечному результату, вот к этому горшку, который горшечник должен получить. Это особая и очень метафизически нагруженная область в буддизме, с ней сложно. Это одна из скандх, т.е. категорий существования. Ее мы также рассмотрим еще раз в лекции, посвященной категориям буддийской философии. Но сейчас важно понять, что вот это состояние перехода из бесформенности в форму обусловлено неведением.

И, соответственно, неведение провоцирует и продуцирует переход от бесформенного к оформленному состоянию, который выражается в актах сознания, которые совершает все живое существо. Здесь речь идет о всем комплексе. Живое существо не делится отдельно на природу, например, ума и природу органов чувств или каких-то еще проявлений. Оно едино. Поэтому в любом волевом акте присутствует все живое существо, хотя это часто не очевидно.

3. Обезьяна – обыденное сознание

Перейдем к следующему символу, следующей фазе развертывания психики человека, ну, или живого существа, если шире мы смотрим на это. Состояние самскар приводит к следующему состоянию, которое изображено с помощью обезьяны. На других изображениях мы можем видеть ту же обезьяну. Здесь непонятно, где она находится в пространстве, но на других изображениях мы видим, что она цепляется за ветки разных деревьев и ползет по ним, находясь в таком хаотическом движении, перемещаясь в пространстве в состоянии неопределенности.

Здесь мы, с одной стороны, уже имеем форму. И здесь как бы мы находим, что это движение, во-первых, есть и представлено емким образом обезьяны. Мы также находим такую ее характеристику, как хаотичность, поскольку она цепляется за разные ветки, перепрыгивает с одной на другую. Это символ сознания, как ни странно.

Вот эта обезьяна – это символ обыденного человеческого сознания. Оно ведет себя именно так: влечется чувственными впечатлениями и потоком мыслей. Можно легко пронаблюдать, как меняющиеся мысли вдруг, неожиданно перемещают наше существо в область действий: мы подумали о чем-то и немедленно начали осуществлять это желание или эту мысль как-то проявлять, так что она достигает своего результата. Через минуту мы подумали о чем-то другом – и мы уже движемся в другом направлении. Точно так же ведет себя обезьяна, когда следует за своими импульсами, проявлениями своего существа, в беспорядочном режиме.

Казалось бы, что буддизм – это учение о сознании. Но вот здесь мы встречаемся с каким-то очень странным видом сознания. Само слово «виджняна» – так этот символ называется на санскрите – означает нечто разделенное. Префикс ви- свидетельствует, что перед нами нечто, что можно разделять и на чем, напротив, можно фокусироваться, одновременно разделяя. Этому префиксу в русском языке соответствуют две приставки: раз- и рас-. Если понаблюдать, как ведет себя эта приставка в различных словах (например, «рассматривать», «разделять», «разучивать», «разубеждать»), то мы видим, что в данном функциональном значении слов с этой приставкой мы встречаемся с такими функциями, как разделение (мы рассматриваем предмет как целое, а затем берем его часть и отделяем от другой, т.е. уже нас интересует только часть, а не целое. Либо под микроскопом мы рассматриваем какой-то элемент, и при этом нас интересует только он, и в данном акте мы не связываем этот элемент, этот атом, молекулу, с целым.

Наше сознание каким-то образом сконструировано, сконфигурировано так, что мы не способны удерживать целое в одном акте созерцания. Мы способны созерцать это целое только по частям, никаким образом это целое не соединяя в единство. Таково свойство этого вида сознания, и этим видом сознания в согласии с буддийской доктриной обладает любое живое существо.

4. Люди в лодке – имя-форма

Оно порождает следующее состояние, которое изображается на следующей иллюстрации. Мы видим людей, плывущих в лодке. Нама-рупа — так звучит имя этой ниданы, этой фазы развертывания сознания. Дело в том, что для сознания, порождающего следующую стадию своего проявления, становления, важно только то, что имеет форму либо имеет имя. Ну, на самом деле имя-форма – это, можно сказать, одно слово. Но принципиально, что мы именуем либо те объекты, которые находятся вокруг нас, либо те, которые мы создаем. Только с тем, что поименовано и имеет форму, имеет дело сознание.

Что не поименовано… Ну, например, я сейчас скажу простую вещь, которая известна нам из учебника физики. Электромагнитное поле. Или рентгеновские лучи. Где они в том пространстве, которое вы сейчас наблюдаете вокруг себя? Но артикуляция этого физического понятия позволяет задуматься о том, что да, мы находимся в той среде, в которой эта часть физического проявления нашего мира тоже присутствует. Она невидима, и секунду назад мы ничего не подозревали о ее существовании. Она не находилась в операционном поле нашего сознания. И только то, что некое имя было произнесено, заставляет нас об этом подумать, заставляет наше сознание иметь с этим дело и взаимодействие, строить взаимодействие.

Это же феноменальное состояние имеет и обратное значение: то, что не поименовано и не имеет формы, для сознания не существует. Это как минимум повод задуматься над избирательностью сознания.

5. Дом – шесть чувств

Дальше следующее феноменальное проявление сознания, следующая иллюстрация. Мы видим дом. Обычно изображается дом с шестью окнами, и на санскрите он именуется шад-аятана. «Шад» — это «шесть», «аятана» на буддийском санскрите – это «чувства». Шесть чувств. Дом с шестью чувствами – это человеческое тело. Почему шесть? Мы привыкли, что пять врат восприятия, как говорится об этом в буддийских текстах. Зрение, слух, обоняние, осязание, вкус… А что же шестое?

Шестым в буддийской психофизиологии именуется ум. Но речь идет о вот этих шести дверях, через которые нам доступна информация. Здесь мы не делим мир на внешний или внутренний, это неважно. В буддизме нет такого деления. Нам доступно восприятие благодаря этим шести органам чувств. Таким образом появляется уже оформленный дом бытия, который мы носим с собой от рождения до смерти.

6. Объятие любовников – контакт с миром

Следующим этапом взаимозависимого возникновения… В данном случае перед нами оформленный способ взаимодействовать с миром. И, собственно, любой единичный акт взаимодействия описан в следующей иллюстрации. Здесь мы видим любовников, которые находятся в объятиях, и на буддийском санскрите это звучит как «спарша», т.е. «контакт».

Речь идет не о физическом контакте, данный символ лишь путь к пониманию вот этой важнейшей доктринальной схемы буддизма. Речь идет о контакте органа чувств и его объекта. Мы в любом случае контактируем с внешним миром, даже если мы думаем, что это не так. Если мы закроем глаза, то мы не увидим внешних объектов, увидим внутренние. Через какое-то время мы можем погрузиться в сон, там тоже будут объекты.

Мы в любом случае, как живые существа, взаимодействуем с огромным количеством объектов. И сам феномен этого контакта уже здесь пояснен как категория, с которой имеет дело сознание.

7. Стрела в глазу – фиксация опыта

Т.е. невозможно дальнейшее становление сознания без того, чтобы этот контакт не произошел. Но когда он произошел, он имеет следующую фазу. Перед нами изображение человека, которому в глаз попала стрела. Контакт органа чувств и его объекта небезопасен. Он измеряется условно, мы такой прибор или инструмент измерения имеем все, нам не нужен для этого никакой термометр, никакой другой внешний инструмент. Это чувство, которое сопровождает контакт. В данном случае человеку в глаз попала стрела – это чувство неприятного, чувство боли.

Фиксация самого состояния сознания может быть только однозначной, она не может быть неоформленной. Чувство неприятного отличается от чувства приятного. И существует еще третье проявление сознания: чувство нейтрального. Неприятное – это то, взаимодействие с чем нежелательно, чего человек пытается избегнуть, от чего он пытается отгородиться. Если же он испытал приятное ощущение, неважно от какого органа чувств, если от вкуса, то сознание вкуса, воспоминание об этом приятном будет стремиться вернуться к нему. Сознание ума точно так же действует, сознание зрения… Все органы чувств обладают тягой к воспроизведению, повторению приятного точно в такой же степени, как и желание избегнуть любого неприятного контакта – укола булавки, посещения зубного врача или какого-нибудь ментального страха типа страха перед полетами на самолетах.

В столкновении с неприятным, с возможностью, например, авиакатастрофы, это чувство срабатывает как фактор, который не позволяет, например, человеку пользоваться этим видом транспорта, и он испытывает постоянный страх перед ним. Этот страх – это тоже взаимодействие органа чувств и его объекта. В данном случае он абсолютно ментален, потому что этот страх находится только в голове данного конкретного человека. Но тем не менее он обуславливает следующие поступки. А следующие поступки – человек со стрелой в глазу – это квалификация развертывания сознания, когда контакт органа чувств и объекта состоялся, и это как бы устойчивая фиксация сознанием этого феномена, контакта – к чему он приводит сознание, какой продукт в сознании он рождает.

8. Пьяница – алчба

На следующем изображении алкоголь, пьяница, у которого в руке бутылка вина или чашка, в разных изводах по-разному, существуют традиции и целые школы изображений вот этого колеса. Что делает этот человек? Он пытается снова и снова повторить то приятное ощущение, которое с ним произошло, т.е. воспроизвести этот опыт снова и снова.

И точно так же избавиться от неприятного – тоже определенные действия человек совершает, чтобы неприятное с ним не произошло снова. Это состояние, называемое в буддизме тришна. Вот это важнейший феномен развертывания сознания. Буквальный перевод этого слова на русский язык звучит как «алчба, жажда». Это не просто желание пить, желание удовлетворить какое-то желание, некое удовлетворение простого желания. Это алчба, поглощенность.

Состояние тришны – это состояние, которое описывает Будда, когда говорит о второй истине благородных: «Возникновение страдания – в жажде, в алчбе, которые производят новое существование». Т.е. вот эта жажда, неконтролируемый процесс избывания либо достижения желаемого и есть источник будущей кармы, будущих рождений.

9. Сбор плодов – привязанность

Оно влечет за собой следующую нидану, следующий этап развертывания сознания в данном колесе. Перед нами человек, собирающий плоды с дерева. Это упадану, привязанность. Это ситуация, в которой живому существу уже не справиться со своей жаждой, он поглощен ей, и его дальнейшие шаги будут обусловлены только одним: воспроизводством того, к чему его сознание уже приручилось.

Слово «приручилось» употреблено мной не напрасно. Это как приручение живого существа, животного. Оно твое, оно принадлежит твоему жизненному миру, причем неважно, что перед нами – трудоголизм, алкоголизм, наркомания, страсть к удовлетворению плотских утех, страсть к просмотру сериалов или к компьютерным играм – абсолютно не имеет значения. Важно, что это повторяемое циклически состояние, которое остановить сам человек либо уже не может, ему нужна внешняя помощь для этого, либо не желает, что чаще всего и происходит.

10. Наседка на яйцах – повторение

Вот так развернутая циклическая модель жизни, которая превращается в повторение одного и того же, изображена в следующем символе. Здесь наседка, которая высиживает яйца. Это бхава, или процесс становления жизни, некий процесс будущего порождения. У жизни есть такой не статический, а именно динамический элемент, она стремится к тому, чтобы стать и обрести какое-то основание, фундамент. Т.е. здесь жизнь уже приняла определенную форму.

Это как растение перекати-поле, которое подвержено различным ветрам. Оно все время перемещается в поисках нового пространства, но перемещается по одному и тому же принципу: оно повторяет свое вращение снова и снова. Точно так же человек или другое живое существо, приученное к определенному образу жизни, повторяет их с завидной точностью. И это ведет уже к определенной обусловленности.

11. Родовые схватки – новое рождение

Следующие две фазы развертывания сознания уже здесь сформулированы. На одиннадцатой нидане мы с вами наблюдаем женщину в родовых схватках. Она рождает ребенка. Это джати. Здесь описан уже феномен рождения, причем рождения живого существа. Рождающая женщина – это символ рождения.

12. Труп – сети смерти

Следующий символ, завершающий данный цикл… Здесь на изображении несут труп к месту кремации. Это джала-морана, буквально «сети смерти». Существо, которое держит колесо сансары в своих лапах, именуется Мара, и так же именуется смерть. Кстати, можно заметить соответствие между санскритом и многими другими индоевропейскими языками: в построении слов, связанных со смертью, присутствуют эти звуки – «м» и «р». Смерть, мрак, Мара. Мара в данном случае – демон, который олицетворяет собой смерть, олицетворяет собой вот эту тотальную поглощенность и контроль над вращением этого колеса.

Собственно говоря, круг замкнулся. Здесь есть множество других смыслов в интерпретации устройства колеса бытия, о которых мы сейчас не имеем возможности говорить, но в принципе достаточно много обозначено для того, чтобы понять, что перед нами развернутый психокосм. Не просто космос и не просто психика, а нечто, объединенное в единое целое, что протекает изнутри отдельной жизни, причем не обязательно человеческой.

Материалы
  • Ермакова Т.В., Островская Е.П. Классический буддизм. СПб., Петербургское востоковедение. 1999.
  • Парибок А.В. Устройство "Колеса существования". →
  • Психологические аспекты буддизма. Сборник статей. Новосибирск, 1986.
  • Пятигорский А.М. О психологическом содержании учения раннего буддизма. Тарту, 1968.
  • Торчинов Е.А. Введение в буддологию. Курс лекций. СПб., 2000.
Галерея (28)
Читать следующую
7. Анатма – учение о «не-я»
← Читать предыдущую
или
E-mail
Пароль
Подтвердите пароль

Оглавление
Дальше