1
/8
Жизнь и труды Аристотеля
Происхождение, учеба, труды и мытарства Стагирита. Судьба письменного наследия Аристотеля, его афоризмы и стихи.

Стагирит, или просто Философ

Аристотель, по-гречески Ἀριστοτέλης, с древнейших времен нам известен под двумя прозвищами: Стагирит и просто Философ. Последнее прозвище закрепилось за ним с XII века, и встречается уже в текстах Иоанна Солсберийского. Почему так получилось? В античности было очень много конкурирующих между собой философских школ, философов. Ни за одним из них прозвище Философ в окончательной форме просто не могло закрепиться. В Средние века сложилась другая ситуация: мнения многочисленных древних философов были подчинены в силу разных исторических причин авторитету одного единственного – Аристотеля. Т.е. начиная со второй половины XII века, в XIII-ом, XIV-ом и т.д., если в текстах мы встречаем выражения: «по образцу Философа сказано», «Философ сказал», «по мнению Философа» – можно быть уверенным на сто процентов, что речь идет именно об Аристотеле, точно также, как у греческих литераторов под именем Поэт всегда имеется в виду Гомер. Исключений не существует, а у латинских риторов, грамматиков и поэтов – всегда Вергилий.

Что касается прозвища Стагирит. Это прозвище связано с местом рождения Аристотеля – город Стагирос (Στάγειρος) или Стагира. Это маленький город на территории полуострова Халкидики. Здесь родился Аристотель. Ни с каким другим именем история этого города не связывается ни в древности, ни в наши дни. Родился в 1-й год 99-ой Олимпиады, при архонте Диотрефе. Согласно современному летоисчислению это соответствует 384/383 гг. (до н.э.).

Семья и малая родина

Имена родителей Аристотеля известны, отца звали Никомах, маму звали Фестида. Никомах был уроженцем острова Андрос. Именно переселенцами с этого острова, небольшого острова из группы Кикладских островов, был основан город Стагирос. Мать родилась на острове Эвбея, в городе Халкида – это крупнейший остров из архипелага Северные Спорады. Между Андросом и Эвбеей расстояние порядка 9 км. Жители острова Андроса, также как и жители острова Эвбея – это носители ионийского диалекта греческого языка.

Аристотель по факту рождения был ионийцем. Ионийский – один из наиболее распространенных древнегреческих диалектов. По реликтам нам известно порядка 30 диалектов. Основными являются: ионийский, аттический, дорический и эолийский. Хочу напомнить, что жители город Афины, – с этим городом связана слава Аристотеля как философа, – были носителями аттического диалекта.

Итак, родители – Никомах и Фестида. Никомах был врачом из очень родовитой фамилии, т.е. по отцовской линии отдаленными предками Аристотеля были бог Асклепий и его сын Махаон. Имя Махаона мы встречаем, например, в тексте Илиады Гомера, любимого поэта Аристотеля. Никомах был не просто врачом, он был врачом при дворе македонских царей, был лейб-медиком македонского царя Аминты III, отца Филиппа II. Можно сказать, что Аристотель и Филипп II Одноглазый были знакомы. Трудно говорить о тесной дружбе между ними, но они были сверстниками и находились в тесном знакомстве между собой. В текстах Аристотеля примеры из врачебной практики, фигура врача встречаются довольно часто, хотя, разумеется, сам Аристотель не практиковал, но с медицинской наукой так или иначе был знаком.

Отец Аристотеля, Никомах, довольно рано скончался, и опекунство над юным Аристотелем взял его дядя по материнской линии Проксен. Был он человек богатый, зажиточный, и, в общем, предоставил Аристотелю все необходимое для жизни и воспитания. Именно Проксен способствовал тому, что Аристотель отправился в Афины. К тому времени это была по-прежнему столица эллинского мира, хотя конечно уже не существовал Афинский морской союз, но Афины оставались культурной столицей. Аристотель приезжает в Афины примерно в возрасте семнадцати лет, т.е. речь идет о событиях где-то 367/366 гг.

Первый афинский период

Довольно быстро, мы не знаем точно при каких обстоятельствах, он оказывается в платоновской Академии. К этому времени Платон отсутствует. Это время его второй поездки на Сицилию, в Сиракузы. Во главе Академии стоял в то время выдающийся философ, географ, математик Евдокс Книдский. Первая встреча Аристотеля с Платоном, его учителем, случилась где-то спустя три года после того, как Аристотель впервые приезжает в Афины. Начинаются его годы обучения.

Повторяю, что Аристотель приезжает в Афины не просто юным провинциалом, носителем чуждого диалекта. Он довольно быстро приноравливается к афинской культурной среде. В его текстах нарушений речи мы не наблюдаем. Он приезжает не просто юношей, он приезжает образованным юношей. Как пишет один из выдающихся специалистов в отношении Аристотеля, выдающийся шведский ученый Ингмар Дюринг: «Аристотель в Афины приезжает уже Аристотелем». В довольно юном возрасте Аристотель оказывается в окружении своих собственных учеников, т.е. слава к Аристотелю как философу приходит в Афинах еще при жизни его учителя Платона. Значительное количество сохранившихся записей его лекций восходит именно к этому времени, ко времени так называемого 1-ого афинского периода его существования.

Напоминаю, что после Херонейского сражения в августе 338 года и поражения Афин в этой битве, отношения между Македонией и эллинским миром накаляются. В 347 году, Платон, учитель Аристотеля, умирает, но чуть раньше в Афины приходит радикальная демократическая партия во главе с Демосфеном. Отношения между Македонией и Афинами еще более обостряются, и по всей вероятности, по мнению многих ученых, не дожидаясь смерти учителя, Аристотель оказывается вынужден оставить Афины. Всю его жизнь его подозревали в каких-то тайных связях с македонским царским двором. Следует сказать, что основания подозревать его в этом, в общем-то, существовали: в силу политической неразберихи, в силу резко менявшихся политических обстоятельств, Аристотель то оказывался в Афинах, то был вынужден их оставлять.

Странствия и второй афинский период

Начинаются годы его странствий. Он оказывается в Малой Азии, в гостях у своего друга Гермия Атарнейского, с именем которого судьба Аристотеля оказывается тесно связанной. Через какое-то время он прибывает на остров Лесбос, в город Митилены, где знакомится со своим самым знаменитым учеником Теофрастом – учеником и сотоварищем по научным разысканиям.

Через какое-то время его приглашает к македонскому двору царь Филипп II для того, чтобы попросить Аристотеля быть воспитателем юного царевича, будущего Александра III, или попросту Александра Македонского. В течение нескольких лет Аристотель обучает юного наследника македонского престола разнообразным наукам, вряд ли метафизике. Трудно сказать, чему именно Аристотель обучал Александра, скорее всего элементам грамматики. Мы знаем, что, по всей видимости, Аристотель привил Александру любовь к Гомеру. Мы знаем, что Александр впоследствии и в жизни, и в нраве своем уподоблял себя самого Ахиллу – это его любимый персонаж. Занятия проходили в местечке Миза. Плутарх Херонейский, выдающийся греческий писатель, живший на рубеже I – II веков н.э., еще видел, как он сам сообщает, те места, где эти занятия якобы осуществлялись, но до нашего времени ничего не дошло.

В 336/335 гг. Филиппа II убивают, как мы знаем, на свадьбе его собственной дочери, и юный Александр III Македонский, подобно нашему отечественному Александру I, оказывается вынужденным перестать ребячиться и идти царствовать. Без всякого сомнения занятия с Аристотелем в это время прекращаются.

Мы в точности не знаем, что Аристотель делает в течение нескольких ближайших лет, но где-то примерно в 335/334 гг. Аристотель вновь оказывается в Афинах – начинается его так называемый второй афинский период жизнедеятельности. Высказывалось предположение, что он оказывается в Афинах не просто так, а по приглашению тогдашнего тайного правителя Афин Ликурга. Ликург осуществлял важную и сложную культурную политику: он способствовал восстановлению пришедших в упадок построек, приглашал разных знаменитостей в Афины. Среди таких знаменитостей оказался и Аристотель, по всей видимости, не случайно.

То место, где Аристотель начинает читать свои лекции, называлось Люкейон (Λύκειον), впоследствии это слово превратилось в Лицеум, Лицей: название «Царскосельский лицей» является продолжением этой традиции. Люкейон, это место связано с гимнасием, который находился на востоке Афин: там был гимнасий, там была священная роща бога Аполлона Ликейского. Предполагают, что культ бога Аполлона – это не греческое изначально божество, это божество, заимствованное с востока, из Малой Азии, и предполагается, что родиной культа бога Аполлона была так называемая Ликия Зелейская. По всей видимости, место рождения этого культа было преобразовано в один из его эпитетов, т.е. Аполлон Ликейский (Ликийский), – отсюда и название местности, как священной рощи, гимнасия, так и школы Аристотеля, который здесь обосновался. Понятно, что он здесь не жил, он жил в городе, но приходил, чтобы читать лекции.

Другое название школы Аристотеля – Перипатос (περίπατος), т.е. представителей школы Аристотеля часто называли перипатетиками. Нет надежного объяснения происхождения этого названия. Понятно, что «перипатос» – это и прогулка, и местность, где эта прогулка по кругу осуществляется, – глагол «перипатео» (περιπατέω) означает «прогуливаться», «блуждать». В античности высказывалось мнение, – оно не является мнением, которому можно доверять в полной мере, – что Аристотель с учениками прогуливался, и, прогуливаясь, философствовал. Школа Аристотеля – Ликей, или Люкейон, или же Перипатос (перипатетическая школа) – это те названия, которые закрепились за школой Аристотеля в античности.

Напоминаю, что Аристотель не был уроженцем города Афины, он жил на правах метека (от др.-греч. μέτοικος), т.е. не имел прав на владение недвижимостью в городе, он, можно сказать, снимал квартиру в городе. В этом отношении собственником школы, «директором» школы он конечно же не являлся, он был приглашенным, приходящим и уходящим преподавателем. Первым «директором», или схолархом перипатетической школы стал его ученик Теофраст. После смерти Аристотеля, ко времени расцвета жизнедеятельности Теофраста, законодательство в Афинах довольно сильно изменилось благодаря Деметрию Фалерскому, ближайшему товарищу Теофраста и последователю Аристотеля.

Напоминаю, что Деметрий Фалерский после своего изгнания в 307 г. становится одним из учредителей так называемой Александрийской библиотеки, т.е. это был очень ученый человек, покровитель наук, искусств, и благодаря ему законодательство изменилось таким образом, что Теофрасту была предоставлена в собственность та территория, где он мог окончательно локализоваться, закрепиться, утвердиться и вести занятия с учениками.

10 июня 323 года в Вавилоне умирает царь Александр, и в Афинах опять резко меняется политическая обстановка. И в отношении Аристотеля в 323 году, которого давно уже подозревали в связи с македонским двором, в дружбе с царем, сначала Филиппом, потом Александром, возникает подозрение и готовится обвинение, к тому времени ставшее чем-то традиционным – философов, начиная уже с V века (до н.э.) подозревали в безбожии. Обвинение философов в некотором непочтительном отношении к традиционным богам, в первую очередь в Афинах, ко времени Аристотеля было чем-то обычным. По некоторой культурной инерции в отношении Аристотеля было подготовлено обвинение.

В чем обвиняли? Я уже сказал, что одним из ближайших друзей Аристотеля был Гермий Атарнейский, который, в силу нам до конца не известных обстоятельств, был захвачен персами в плен и казнен (Атарнея находится в Малой Азии, т.е. это эллинская территория, граничившая с Персидской империей). В память о своем друге Аристотель написал два стихотворения, они сохранились. Одно – эпиграмма, т.е. эпитафия (эпитафия – это разновидность эпиграммы в античной поэтической культуре), другое – гимн в жанре пеана, или пэана (παιήων, παιάν, παιών). Пэан – это такая разновидность священного гимна, адресатом которого был, как правило, бог Аполлон, иногда Зевс. В отношении смертных людей сочинение подобных текстов считалось чем-то возмутительным, недопустимым, предосудительным и т.д. Именно в этом жанре пэана в честь своего погибшего друга Аристотель сочиняет поэтический текст. Это было воспринято как проявление безбожия, обычного для философа, как считалось, и непростительного с точки зрения общего мнения. Аристотель, опасаясь участи Сократа, Анаксагора и т.д., оказывается вынужденным в очередной раз Афины покинуть.

Куда он отправляется? Он отправляется на Эвбею, в город Халкида, в дом своей матери. Судьба матери Аристотеля нам неизвестна, но здесь, именно в этом доме, в третий год 114-ой олимпиады, при архонтате Филокла, по-нашему это 322/321 гг., Аристотель в возрасте примерно 63 лет умирает. Умирает от какого-то желудочного заболевания, которым он страдал почти всю жизнь. Умирает в виду Аттики – Эвбею и побережье Аттики, столицей которой был город Афины, разделяет пролив Эврип (это 38 километров). Как мы знаем, Аристотель часто оказывался на берегу и взгляд его часто направлялся в сторону любимых Афин.

Афоризмы Аристотеля

Нам известны некоторые суждения и высказывания Аристотеля, которые уже в античности считались чем-то редким и запоминающимся. Например, он говорил об учении: «Корни его горьки, но плоды сладкие», – это знаменитое суждение связывается с именем Аристотеля, хотя, по сути, является не чем иным, как пересказом известного суждения Платона. Мы знаем, что когда ученики просили Платона изъясняться попроще, Платон не снисходил, а отвечал по-древнегречески: «Χαλεπόν τὸ καλόν»[i], что означает: «Прекрасное – трудно».

На вопрос, что быстро стареет, Аристотель отвечал: «Благодарность». На вопрос, что такое надежда, он отвечал: «Сон наяву». Воспитание, говорил он, нуждается в трех вещах: в даровании, науке, упражнении. Когда ему сказали, что кто-то бранит его заочно, он сказал: «Заочно пусть он хоть бьет меня!». На вопрос, какая разница между человеком образованным и необразованным, Аристотель отвечал: «Как между живым и мертвым». На вопрос, что есть друг, Аристотель отвечал: «Одна душа в двух телах». Среди людей, говорил он, одни копят, словно должны жить вечно, а другие тратят, словно тотчас умрут. На вопрос, как ученикам преуспеть, Аристотель отвечал: «Догонять тех, кто впереди, и не ждать тех, кто позади». Один болтун, сильно докучавший ему своим пустословием, спросил его: «Я тебя не утомил?» Аристотель ответил: «Нет, я не слушал». На вопрос, как вести себя с друзьями, он сказал: «Так, как хотелось бы, чтобы они вели себя с нами». Воспитание называл он лучшим припасом к старости. Часто он говорил: «У кого есть друзья, у того нет друга».

Архив школы Аристотеля

Аристотель в античности считался очень плодовитым писателем. Ему приписывалось авторство в отношении примерно 400 книг. Здесь, правда, нужно пояснить, что имеется в виду под книгой. Под книгой имеется в виду библос (от др.-греч. βίβλος), т.е. папирусный свиток, шириной, как правило, с лист А4, длина могла быть разной, наиболее часто встречающаяся – где-то 8 – 12 метров, иногда длина доходила до 20 метров. Понятно, что чем длиннее свиток, тем труднее его читать, поскольку это папирусные рулоны, которые скручиваются и раскручиваются.

Недавно скончавшийся выдающийся итальянский писатель, деятель культуры и истории культуры Умберто Эко говорил, что современная практика чтения интернет страниц, когда мы буквально прокручиваем страницу перед глазами, в значительной степени напоминает технику чтения греками и римлянами этих папирусных книг-свитков. Античные библиотеки, по всей вероятности, напоминали собой что-то такое, что мы видим, когда посещаем магазин по продаже обоев – сложенные вместе грудами свитки.

Как правило, единицей измерения текста в той или иной книге служила часть песни Гомера, т.е. примерно столько, сколько занимал пространства текст Гомера на той или иной папирусной книге – это считалось единицей отсчета для всех прочих книг, хотя были и нарушения. Так вот Аристотелю приписывалось авторство в отношении примерно четырех сотен такого рода папирусных книг. До нашего времени сохранилось, в античном смысле слова «книга», 106.

Но что мы видим? Что представляет собою корпус сочинений Аристотеля? Судьба библиотеки Аристотеля – это отдельная история. Мы знаем, что библиотека, т.е. его тексты, по наследству, по завещанию (текст завещания Аристотеля сохранился до нашего времени) перешли в руки его ученика Теофраста, который также был чрезвычайно плодовитым философом, ученым и писателем. Теофраст, в свою очередь, свою библиотеку и библиотеку своего учителя завещал некоему Нелею из Скепсиса, о котором мы мало что знаем. Нелей вывез эту библиотеку к себе на родину, в Скепсис, в Азию. Он распорядился ей не самым лучшим образом: эта библиотека, как Аристотеля, так и Теофраста, хранилась в каких-то подвалах примерно 200 лет и пришла в упадок. Папирус – хрупкий материал, быстро портится, ломается, истлевает.

В I веке до н.э., некто Апелликон с острова Теос, собиратель древности, любитель антиквариата, выкупил эту библиотеку у наследников Нелея из Скепсиса, как предмет его антикварного интереса, сам он философом не был.

Дальнейшая важная дата в истории существования этих текстов – это событие 86 года до н.э. Что произошло? Случилась так называемая Первая Митридатова война. Великий царь Митридат VI Евпатор Понтийский своими действиями объявил войну Римской республике. Какие-то части, какие-то города античного мира приняли сторону Митридата Понтийского, какие-то сохранили свою верность Римской республике. Что касается Афин, то они приняли сторону Митридата.

Для наведения порядка, в Афины в 87 году до н.э. были отправлены войска, пять легионов. Во главе этой огромной армии встал знаменитый полководец, впоследствии диктатор республики, Луций Корнелий Сулла Феликс. Город не сразу сдался, была продолжительная осада, но в конце концов первого марта 86 года, как принято считать, город пал. Случилось то, что часто случается на войне – жестокое разграбление культурной столицы. Библиотека Аристотеля в качестве военного трофея была вывезена в Рим. Долгое время она была собственностью непосредственно Суллы, но поскольку библиотека находилась в очень плохом состоянии, для редактирования этого материала она была передана знаменитому грамматику Тиранниону.

Мы не знаем, что этот выдающийся грамматик I-го века до н.э. сделал с этой библиотекой, но в конце концов она опять переходит в другие руки. Эти руки принадлежали Андронику Родосскому, философу, филологу, грамматику, который огромными усилиями привел этот ворох полуистлевших папирусов в тот вид, который и в наши дни известен, т.е. именно Андроник Родосский сформировал для нас так называемый «Корпус Аристотеликум» (Corpus Aristotelicum).

Corpus Aristotelicum

«Корпус» (от лат. corpus) в переводе с латинского языка – тело, т.е. речь идет о некоем стройном порядке вещей, и книги Аристотеля формируют корпус Аристотеля не случайным образом, а располагаются тематически. Сначала идут книги по логике – это так называемый «Органон», по-латыни organum – инструментарий, не следует путать слова «органон» и «организм», как это происходит в пьесе Горького «На дне», эти слова происходят от одного корня, но означают разное. Это инструментарий, необходимый для научных разысканий. Логика с точки зрения Аристотеля собственного предмета не имеет, это лишь техника, совокупность приемов для осуществления научной деятельности. Итак, сначала идут сочинения пропедевтического характера, можно сказать, по логике, по аналитике: «Категории», «Об истолковании», «Первая аналитика», «Вторая аналитика», «Топика», «О софистических опровержениях». Далее следуют трактаты натурфилософского характера. Далее идет метафизика. Замыкается корпус сочинениями по этике, риторике и поэтике.

Отдельного комментария заслуживает термин «метафизика». В текстах Аристотеля это знаменитое слово не встречается. По всей вероятности, автором этой конструкции был именно Андроник Родосский. Это не одно слово, а четыре: τὰ μετὰ τὰ φυσικά – та мета та фюсика. Буквально это означает следующее: нечто (в собирательном значении), следующее после книг по физике. Понятно, что речь идет о неких книгах, которые, по замыслу Андроника Родосского, в структуре этого корпуса сочинений Аристотеля, должны следовать после книг по физике. Т.е. это не название науки, поскольку в текстах Аристотеля это выражение никогда не встречается. Но названием науки, в силу популярности конкретно этой группы книг, это выражение становится довольно рано: уже у Николая Дамасского (это автор эпохи Августа) мы это выражение (τὰ μετὰ τὰ φυσικά) встречаем в качестве названия некой высшей науки, царицы наук – метафизики, отчасти в современном значении этого слова.

Все сохранившиеся сочинения Аристотеля (огромное их количество не дошло до нас, но дошло большое количество фрагментов из этих не дошедших до нас сочинений) без труда делятся на три группы. Это сочинения эксотерические (от др.-греч. εξωτερικός), т.е. предназначенные для широкой публики, не обязательно только школьного употребления, как правило, это литературно- и художественно-обработанные тексты, в значительной степени диалоги. Ни один из них полностью не дошел до нас. Сохранились фрагменты сочинений «О философии», «Об идеях», «Евдем», «Протрептик», «О справедливости» и многих других. Хочу сразу сказать, что именно благодаря этим сочинениям Аристотель в течение столетий и был знаменит. Долгое время те тексты, которые связываются с именем Аристотеля и в наши дни, были мало кому известны, нельзя сказать, что совсем не были известны, но широкого распространения не имели.

Далее – сочинения, которые можно назвать «записными книжками» Аристотеля. Аристотель готовился к своим лекциям, собирал некие материалы, на основе которых в конце концов он читал курсы лекций. Мало что сохранилось из этой группы сочинений. По всей вероятности, самый знаменитый текст этой группы – это текст «Поэтики».

Я уже упоминал имя Умберто Эко, – с историей текста «Поэтики» Аристотеля связано содержание знаменитого романа «Имя Розы». Т.е. практически все, что мы знаем об Аристотеле в комплексном виде – это сочинения эсотерического (от др.-греч. ἐσωτερικός) характера, т.е. для внутреннего употребления, внутришкольного предназначения, для широкой публики не предназначавшиеся изначально.

Корпус сочинений Аристотеля (я уже сказал, что это 106 книг в античном смысле этого слова) – это 45 трактатов, из них 15 признаны неподлинными, т.е. остается 30. В той форме, в какой они цитируются, в какой они оказываются основой для многочисленных переводов, греческий текст этих сочинений был утвержден в XIX веке деятельностью нескольких ученых, в первую очередь двух немецких ученых: Иммануила Беккера и Германа Боница. С 1831 года по 1870 год под эгидой Прусской королевской академии наук выходил пятитомник сочинений Аристотеля. По логике, по своей структуре он соответствует замыслу Андроника Родосского. Это преимущественно запись лекций, записанных самим Аристотелем, может быть, отредактированных какими-то его учениками, но художественно не обработанных. Конечно, есть тексты более удобочитаемые, вроде этических его сочинений или сочинений по риторике, есть трудночитаемые, с многочисленными повторениями.

С чем это связано? Аристотель читал для аудитории ему известной, т.е. своим ученикам, для которых подробно изъясняться не было нужды. Многочисленные темноты в текстах Аристотеля, – это чувствуется и в русских переводах, как в хороших, так и в плохих, – многочисленные сложности для читательского понимания связаны с тем, что эти тексты предназначались не для нас, это тексты эсотерические, т.е. внутришкольные, и под школой имеется в виду аристотелевский Ликей, а не школа наших дней.

Аристотель и муза

В свое время выдающийся немецкий историк античного мира, он жил в XIX – нач. XX вв., Ульрих фон Виламовиц-Мёллендорф, автор книги «Аристотель и Афины», имея в виду тексты эсотерического характера сказал об Аристотеле следующее: Аристотеля не поцеловала муза. В полной мере это, конечно, не соответствует действительности, достаточно будет вспомнить некоторые поэтические тексты Аристотеля. Вот тот самый гимн памяти Гермия Атарнейского в переводе нашего выдающегося ученого Михаила Леоновича Гаспарова, перевод выполнен свободным стихом, верлибром:

Добродетель,
Многотруднейшая для смертного рода,
Краснейшая добыча жизни людской,
За девственную твою красоту
И умереть,
И труды принять мощные и неутомимые –
Завиднейший жребий в Элладе:
Такою силой
Наполняешь ты наши души,
Силой бессмертной,
Властнее злата,
Властнее предков,
Властнее сна, умягчающего взор.
Во имя твое
Геракл, сын Зевса, и двое близнецов Леды
Великие претерпели заботы,
Преследуя силу твою.
Взыскуя тебя,
Низошли в обитель Аида Ахилл и Аянт.
И о твоей ревнуя красе,
Вскормленник Атарнея[ii] не видит более полдневных лучей.
Не за это ли ждет его песнь
И бессмертье
От Муз, дочерей Мнемосины,
Которые во имя Зевса Гостеприимца[iii]
Возвеличат дар незыблемой его дружбы.

Ὁ δὲ ὕμνος ἔχει τοῦτον τὸν τρόπον:
ἀρετά, πολύμοχθε γένει βροτείῳ,
θήραμα κάλλιστον βίῳ,
σᾶς πέρι, παρθένε, μορφᾶς
καὶ θανεῖν ζαλωτὸς ἐν Ἑλλάδι πότμος
καὶ πόνους τλῆναι μαλεροὺς ἀκάμαντας:
τοῖον ἐπὶ φρένα βάλλεις
κάρτος ἀθάνατον χρυσοῦ τε κρεῖσσον
καὶ γονέων μαλακαυγήτοιό θ᾽ ὕπνου.
σεῦ δ᾽ ἕνεχ᾽ οὑκ Διὸς Ἡρακλέης Λήδας τε κοῦροι
πόλλ᾽ ἀνέτλασαν ἔργοις
σὰν ἀγρεύοντες δύναμιν.
σοῖς δὲ πόθοις Ἀχιλεὺς
Αἴας τ᾽ Ἀΐδαο δόμους ἦλθον:
σᾶς δ᾽ ἕνεκεν φιλίου μορφᾶς καὶ Ἀταρνέος ἔντροφος ἀελίου χήρωσεν αὐγάς.
τοιγὰρ ἀοίδιμος ἔργοις, ἀθάνατόν τε μιν αὐξήσουσι Μοῦσαι
Μναμοσύνας θύγατρες, Διὸς ξενίου σέβας αὔξουσαι φιλίας τε γέρας βεβαίου.[iv]

 

[i] В диалоге Платона «Гиппий Больший» пословица приводится во множественном числе: χαλεπὰ τὰ καλά – Прим. ред.

[ii] Т.е. Гермий Атарнейский. – Прим. ред.

[iii] Зевс считался покровителем гостеприимства – «ксении», точнее, покровителем и блюстителем всего круга взаимных обязанностей хозяина и гостя. – Прим. ред.

[iv] Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. 5.1.

Материалы
  • Chroust A.H. Aristotle. New Light on His Life and on Some of His Lost Works. Vols. I-II. Notre Dame (Indiana): University of Notre Dame Press, 1973.
  • Düring I. Aristotle in the Ancient Biographical Tradition. Göteborg, 1957 (Acta Universitatis Gothoburgensis = Göteborgs Universitets Ärsskrift; vol. 63).
  • Grayeff F. Aristotle and His School. An Inquiry into History of the Peripatos. With a Commentary on Metaphysics Ζ, Η, Λ and Θ. London: Duckworth, 1974.
  • Jaeger W. Aristotle. Fundamentals of the History of His Development. Translated with Author’s Corrections and Additions by R. Robinson. 2. Ed. Oxford: At the Clarendon Press, 1948 (repr. 1968).
  • Lynch J.P. Aristotle’s School. A Study of a Greek Educational Institution. Berkeley – Los Angeles – London: University of California Press, 1972.
  • Natali C. Aristotle. His Life and School. Ed. by D.S. Hutchinson. Princeton – Oxford: Princeton University Press, 2013.
  • Зубов В.П. Аристотель. Человек. Наука. Судьба наследия. Москва: Издательcтво Академии наук СССР, 1963.
Галерея (61)
Читать следующую
2. Теория познания. Классификация наук
или
E-mail
Пароль
Подтвердите пароль

Оглавление
Дальше